Жил царь. И был у него единственный сын.
Вот вырос царевич, взрослым юношей стал. Глядит на него царь, любуется и думает:
«Старею я. Надо бы мне царство сыну передать. Хорошо, кабы и у него маленький наследник рос. Тогда мог бы я умереть спокойно».
Вот подзывает он однажды царевича к себе и говорит:
— Не время ли тебе, сынок, невесту себе поискать? Пора и своей семьёй обзаводиться.— И повёл его царь в большую залу. Все стены её портретами были увешаны — и на всех портретах девушки нарисованы, одна другой красивее, одна другой милее.
— Вот, сынок,— говорит царь,— выбирай себе
жену.

Давно это было, очень давно. В те времена крестьяне праздновали начало жатвы. Одевались во всё лучшее и выходили в поле с серпами, но в первый день люди больше веселились, чем работали.
В одном селении жили три брата, бедные-пребедные. Даже в праздник жатвы им нечего было взять с собой поесть-попить, кроме куска чёрствого хлеба да кувшина воды.
Вот вышли крестьяне в поле, поработали немного и сели праздновать. Песни поют, шутят, веселятся, только братья сидят понурые. Вдруг появился в поле никому неведомый старик. Идёт мимо крестьян, здоровается. Все отвечают, да никто не угощает, поесть-попить не предлагает. Подошёл старик к братьям, поздоровался.

Было ли, не было ли - в давние времена жили два человека. Одного звали Датуа, другого Петрикела, и были они оба большие плуты.
Однажды Датуа достал мешок, набил его туго мхом, сверху положил немного шерсти и принес продавать. Когда он стал взбираться по склонам хребта, попался ему навстречу Петрикела. У Петрикелы на спине тоже был большой мешок, а набит он был скорлупой грецких орехов. Только сверху покрывали скорлупу настоящие орехи.
- Здравствуй! - крикнул Датуа.
-Здравствуй! - ответил Петрикела.
- Откуда идешь и куда путь держишь?
- Да вот несу продавать орехи. А ты откуда идешь, скажи мне?

Жил на свете бедняк. Ничего у него не было: ни земли, ни скотины, ни птицы, одна только кошка в пустой лачуге. Всю жизнь он голодал, с голоду чуть не помирал. «Пойду-ка я к царю, поведаю ему про свою нужду»,— решил бедняк.
Посадил голодную кошку в мешок и отправился в путь. Легко сказать, да нелегко к царю попасть. Остановил бедняка у входа злой страж, не пускает во дворец. Долго просил его бедняк и упрашивал, пока тот наконец согласился.
— Так и быть, пропущу, но с уговором: дашь мне половину того, что сам получишь от царя!

Была на свете, а может, и нет, очень бедная вдова, и был у неё маленький мальчик. Хоть и работала она день-деньской, жила в нищете—кормила сына горьким сиротским хлебом, поила солёными слезами.
Подрос мальчик и говорит матери:
— Довольно тебе одной маяться, пойду в батраки!
— Хорошо, сынок, иди, да только не забывай меня!
— Будет время — навещу, а нет — подам о себе весточку,— ответил мальчик и отправился в путь.

Жил в одном краю храбрый и меткий охотник. Слава о нём
шла по всему свету. Были у него дочь и сын.
Царь призвал охотника к себе — охранять дворец от каджи:
коварные злые каджи похищали юношей, и царь боялся за
своих сыновей.
Прошло время. Сыну охотника исполнилось восемнадцать
лет, и захотелось ему пойти на охоту испробовать свои силы. Но не пустила
мать его одного:
— Опасно одному ходить, сынок. В лесах каджи бродят. Иди вместе с дядей.

Были да жили, а может, и нет, три брата. Бедно они жили Однажды мать чистила ларь для хлеба и нашла три заваляв шихся зерна. Братья вспахали три поля и посеяли три зерна Старшие братья — на крайних полях, а младший — на сред нем. Взошли всходы, заколосились тяжёлые колосья, и напол нились радостью сердца братьев при виде богатого урожая Но вот разбушевался в небе громовержец Элиа, нагнал тяжёлые чёрные тучи и побил градом среднее поле. Погиб весь урожай.
Пригорюнился младший брат — одному ему не повезло! Но что было де>
лать? Взял он серп и пустился в путь — проверить, вправду ли он невезучий
Прошёл много, а может, и мало, и дошёл он до пшеничного поля богача
А поле огромное — сто дней будешь жать хлеб, не сожнёшь.

Жил на свете бедняк. Была у него корова. Прошло время, пере- стала корова телиться. Решил хозяин продать её.
Послал он сына на базар продать корову за тридцать рублей.
Мальчик обвязал веревкой корове рога и повел ее в город.
Водит он корову по базару, ищет покупателя. Подходит купец и говорит:
— Продай телёнка, дам тебе три рубля.
— Не телёнок это, а корова,— возражает мальчик.— Как же я за три рубля отдам?

Жил-был заяц-трусишка. Аёг он как-то отдохнуть под дубом. На дуб опустилась ворона и кинула вниз жёлудь. Угодил жёлудь зайцу в лоб. Перепугался трусишка, вскочил и поскакал со всех ног: думал, небо рушится и упал ему на голову обломочек.
Бежит он, а навстречу волк:
— Ты куда, заяц?
— Беги, братец! Небо рушится!
Поверил глупый волк и припустился вместе с зайцем.

Жил некогда царь, и был у него невиданной силы палаван'. С виду палаван был совсем как дэв — огромный, весь в густой щетине, и потому прозвали его Дэвкаци — дэв-человек. Гордился царь своим палаваном: никто в целом царстве не мог побороть его. И всё-таки хотелось царю найти человека сильнее Дэвкаци.
Разослал царь гонцов по всем городам и селениям искать борца, который одолел бы Дэвкаци.
Разбрелись царёвы слуги по всем дорогам, исходили леса и поля, горы и долы, выбились из сил, но не нашли охотника идти на гибель! Молва о могучем Дэвкаци облетела всё царство, и никто не решался померяться с ним силой.
Возвращаются царёвы слуги назад и видят: сидит у дороги оборванный мальчишка, грызёт корку хлеба. Звали его Ивана.