Пошел раз крестьянин с женой на рынок. Продали они все, что принесли
для продажи, купили что им надо было и отправились восвояси. По пути
увидели они цирюльню. Муж и говорит жене:
- Раз уж попалась на дороге цирюльня, дай-ка зайду, пусть меня побреют
для праздника - завтра воскресенье.

Пошли как-то раз бабы на гору за дикой мареной[*]. Одна баба
бродила-бродила, заблудилась и пришла к какой-то пещере. Вылез оттуда
медведь, схватил бабу и утащил в пещеру. И вот стали они жить вместе.
Скоро у них родился мальчик. Когда он немного подрос, мать тайком
выбралась из пещеры и убежала в село, к своим. А медведь добывал пищу и
кормил сына, так же как это делала раньше мать.

Как-то раз султан прогуливался по улицам Стамбула, а навстречу ему дети
идут из школы. Один мальчик приглянулся султану. Остановил его султан и
стал расспрашивать, чему он учится. Мальчик рассказал, и султану так
понравился его ответ, что он вытащил золотой дукат и протянул ребенку. Но
тот нипочем дукат не берет. Удивился султан, а мальчик ему и говорит:
- Боюсь, как бы мать не сказала, что я стащил его где-нибудь!

Жили в одном городе два брата-близнецы. Одного звали Нико, другого
Живко. Они никогда и ни в чем не были меж собой согласны, каждый считал,
что он старше и умнее другого. Если они покупали что из одежды, то
непременно все одинаковое, или же бросали жребий, кому что носить. Вот
как-то на рождество купил Живко на базаре две фески. Нико одна феска
показалась красивее, и стал он отнимать ее, а Живко не дает.

В давние времена ходил по свету святой Савва, проповедовал слово божье,
наставлял людей на праведный путь. Вместе с ним странствовал некий монах.
Как-то раз двинулись проповедники в путь из села, а тот хозяин, что
приютил их на ночь в своем доме, дал монаху три просфоры на дорогу и
говорит:
- Пресвятая богородица! Храни их от всякой напасти, пока не кончатся
просфоры!

Не так давно в одном бедном селе жил неимущий старик. Ничего-то у него
за душой не было, кроме сына родного да козла безродного. В тоске и печали
доживал бедняга свой век. Опостылела старику горькая его доля, и задумал
он как-нибудь изменить свою жизнь. И так и этак в уме прикидывал и наконец
решил, что обманным путем скорее всего удачи добьешься. А если уж и обман
не поможет, - значит, и стараться не стоит.
В первую же пятницу спозаранку посылает старик своего сына на базар
козла продавать и наказывает ему принести вырученные деньги да и козла
домой пригнать.

Турок, серб и цыган занимались вместе извозом. Как-то раз заночевали
они на лугу, который принадлежал одному спахии, а коней своих пустили
пастись. Увидел спахия возчиков, прибежал на луг и давай орать:
- Ах вы бродяги этакие! Кто вам разрешил пасти здесь своих коней! Турку
это еще простительно, - он на этой земле хозяин, да и влаху тоже, потому
что влах наш испольщик, зато, на цыгана глядя, я просто диву даюсь.

Был у Эро старый-престарый конь. Погнал его Эро на базар - авось,
думает, кто-нибудь и купит моего конягу. Но за деньги покупать никто не
хотел, и выменял Эро своего коня на корову. Заприметили сделку четверо
озорников и подговорили торговцев подшутить над Эро. Выходит Эро с коровой
на площадь, а его со всех сторон поздравляют.

Заметили турецкие ребятишки, что Эро пришел на базарную площадь в новеньких красных туфлях, и решили они выкрасть у Эро туфли, только не придумают, как к ним подобраться. Стали мальчишки возле Эро крутиться. А тот, конечно, сразу почуял что-то неладное, да не знает, откуда беды ждать. Попросили его турчата взобраться на шелковицу и натрясти им побольше ягод. Тут Эро и смекнул, что у них на уме. Но ослушаться маленьких турок не смеет; вот разулся Эро, сунул свои новые туфли за пазуху и полез на шелковицу, а дети ему кричат:
- Послушай, Эро, зачем тебе туфли на дереве?
- Э-э, дети мои, кто знает, куда заведет меня эта дорога? - ответил Эро.

Перевод с сербскохорватского Т. Вирты

Пас Эро коров у кадия. В стаде ходила и его собственная корова. Как-то коровы подрались, и корова пастуха забодала хозяйскую корову. Эро побежал к кадию.
- Благородный эфенди! Твоя корова забодала мою.
- А кто виноват? Кто-нибудь их раздразнил, что ли?
- Нет, никто. Сами сцепились.
- Ну что ж! Скотину в суд не потащишь.
- Да нет, ты послушай, эфенди, что я говорю: моя корова забодала твою, - говорит Эро.
- А-а! Погоди, я погляжу в Коран. - И кадий потянулся за книгой. Но Эро схватил его за руку:
- Не смей! Раз ты о моей корове не смотрел в Коран, то и о своей нечего тебе смотреть.

Перевод с сербскохорватского М. Волконского