На главную   |    Рекомендуем -
Жил-был на свете маленький гном по имени Тимм Пикси. Однажды, сматывая в клубочек тонкую нить паутинки в колючих кустах ежевики, он порвал свой красивый костюм. Придя домой, Тимми попытался зашить дырку, но ничего не получалось, заплатка была на самом видном месте - на спине, и это было ужасно некрасиво.
- Сам я, конечно, не буду видеть эту дырку, - утешал себя Тимм, - но что подумают люди? Я думаю, что мне необходимо сшить новый костюм.
И бедняжка гном поспешил к портному.
Давным-давно берега бурной, быстроводной реки Тич в штате Луизиана населял самый пестрый люд. И выносливые труженики фермеры из канадской Новой Шотландии, и предприимчивые янки, и изнеженные французы, и вспыльчивые испанцы.
В ту пору жило в тех местах семейство Конрадов. Они были совсем не богаты, но имели добрую репутацию и честное имя.
Дом их стоял в дельте реки, которую украшали все богатства луизианского края. Огромные яркие цветы, высокие ивы с кружевом из тонких серебристых листьев, темные стройные кипарисы, могучие дубы.
В давние времена все звери и птицы, рыбы и растения жили с людьми в мире и дружбе, но мало-помалу людей становилось все больше и больше, а бедным зверям оставалось места на земле все меньше и меньше. Дальше - и того хуже: люда придумали лук со стрелами, ножи, копья да рыболовные снасти и принялись охотиться на зверей. У тех, что побольше, брали шкуры и мясо, а живность помельче, лягушек да червей топтали ногами не считая.
Призадумались звери - как же им быть?
Розыгрыш розыгрышу рознь. Что и говорить, у ковбоев это развлечение на первом месте, хотя большой деликатностью не отличается. Напротив, часто бывает весьма грубовато.
Вот к примеру шутка, какую сыграли с ковбоем по кличке Пастор, веселым и вполне приличным парнем, который быстро прижился в пестрой компании неутомимых ковбоев. Ребята звали его коротко — Пас.
Пас был просто помешан на естественных науках. Самый большой восторг могло вызвать у него какое-нибудь редкое насекомое или незнакомая птица, а то и змея, если, конечно, попадался особенно удачный экземпляр.
И надо же было именно над ним устроить знаменитый розыгрыш — «охоту на бекасов».
Во Флориде почти каждый охотник, лесоруб или рыбак, живущие на болоте, в лесу или на берегу озера, могут рассказать вам о папаше Меншене, если вам удастся вызвать их на откровенную беседу. Вы будете держаться за живот от смеха, потому что истории про папашу Меншена все такие.
Он был чудо что за человек. Силен, как знаменитый молотобоец Джон Генри. Мог работать десятифунтовым молотом почище машины. Был умнее всех вокруг на три тысячи миль. Во всяком случае так утверждают флоридцы из графства Поулк.
Каждый и всякий в краю скотоводов скажет вам, кто такой Пекос Билл. Он был самый дикий на Диком Западе. И не кто-нибудь, а именно он изобрел лассо. Он вырос среди койотов и знать не знал, пока ему не стукнуло десять лет, что он не степной волк, а человек.
А случилось все так. У отца его было большое ранчо на Ред-Ривер, то есть на Красной Речке, в восточном Техасе. Жилось ему там прекрасно, пока по соседству в двух днях езды от него не появилось еще одно ранчо. И отцу Пекоса Билла показалось, что жить стало тесновато. А потому он посадил на повозку двадцать семь своих детишек, включая Билла, который только совсем недавно родился, и двинул дальше на Запад.
На свете не так уж много людей, у кого бы водилась ручная рыба. Да, да, ручная или, точнее, домашняя, ну как бывают животные дикие и домашние. Домашние - это, например, кошка или собака. А тут рыба, чудно, правда? Почему? Ну, во-первых, рыбу труднее приручить, даже такую покладистую и смышленую, какой была форель по имени Дикони. О ней рассказывают просто чудеса! А во-вторых, не у каждого есть терпение учить рыбу по всем правилам.
Говорят, Америка необыкновенная страна. Да, в своем роде необыкновенная, потому что там водятся необыкновенные животные.
Возьмите, к примеру, аракабору. Она живет на самых вершинах Скалистых гор. Несведущие люди называют ее увертка горная. Ничего лучше они не могли придумать! Это все равно что спутать старый драндулет с «паккардом» последней марки.
Вы не встретите ни одной увертки выше трех-четырех тысяч над уровнем моря. Другое дело аракабора, которая взбирается на самые высокие горные пики. Своими вершинами они упираются прямо в небо, так что лунному человеку приходится каждый раз прорубать все новые ущелья, чтобы лунный свет мог проникать на землю хотя бы через них.
Одни говорят, Поль Баньян жил давно-давно, а вот некоторые уверяют, что он и поныне жив. Что ж, по-своему правы и те и другие. Да вы и сами с этим согласитесь, когда услышите, что о нем рассказывают. Начнем же с самого начала, издалека. .
Родился Поль лет полтораста назад. Правда, назвать точно день его рождения никто не может. Метрик тогда не писали. Но одно совершенно достоверно: на другой же день после своего рождения Поль потребовал пышек, да порумяней.
В то время родители его по-английски еще не говорили. Они знали, кажется, французский, не то русский, а может, и шведский, точно не скажем. Но только не английский. Так что сами судите, какой способный был Поль, если еще совсем малюткой сразу заговорил на иностранном языке.
Двое веселых янки как-то попали на Юг, то есть забрели в южные штаты, и оказались там на мели. Денег, стало быть, у них совсем не осталось, нечем было платить за гостиницу, не на что было даже перекусить. И вот что они придумали.
Зашли в типографию и заказали в долг кучу пригласительных билетов. В них жители города приглашались на единственное в своем роде зрелище:
Всем, всем, всем!
Не упустите счастливый случай!
Завтра или никогда!