Несколько дней больной Лев пролежал в своей пещере. Его разбухшие ноги горели, а от нарывов началась сильная лихорадка. Громоподобно рычал он, вспоминая, как предатель Шакал надсмеялся над ним, царем зверей.
Как только Льву полегчало и он смог ходить, он первым делом отправился на розыски Шакала, дабы ему отомстить. Лев обошел всю округу, но нигде не встретил Шакала.
Прошло много времени, прежде чем Лев и Шакал однажды случайно столкнулись нос к носу в ущелье с крутыми каменными склонами. От страха Шакал едва не лишился сознания: вот она, его погибель, вот он, великий судья!

Шакал всегда считал себя самым хитрым среди приближенных Льва. Не уступал ему, пожалуй, один только Лис, двоюродный братец. Лис был самый осторожный из всех, и никому не удавалось обвести его вокруг пальца. Шакал втайне завидовал своему двоюродному брату и решил поквитаться с ним в первую очередь.
Однажды Лев слегка прихворнул, видать, простудился. Его накормили омлетом с чесноком, но от этой еды он не почувствовал никакого облегчения. Тогда владыка собрал своих придворных, чтобы спросить у них совета, как быстрее избавиться от недуга. Наперебой давали звери советы. Но Льва не удовлетворил ни один из этих советов.

Ворона целых три дня не держала во рту ни капли воды, всюду искала, где бы напиться, но так и не могла найти. Вдруг видит - стоит кувшин, а в нем на самом донышке вода. Попыталась ворона достать клювом воду - не тут-то было. Думала она, думала и придумала. Стала она один за другим бросать в кувшин камешки, вот вода и поднялась. Утолила ворона жажду и, довольная, улетела.

Однажды джуок спросил Солнце и Луну:
- Как по-вашему, много людей на Земле или мало?
- Много,- ответила Луна.
- Мало,- ответило Солнце.- Я то и дело вижу, как люди умирают.
- Похоже, ты. Солнце, ничего не знаешь! - сказал джуок.

Рассказывают, жил-поживал в лесу старый волк. И был он настолько стар, что уже не мог охотиться и добывать себе пропитание. Вот и ходил он голодный, злой. Однажды брел волк по лесу и встретил старую лису, тощую да голодную еще голодней его. Поздоровались они и пошли дальше вместе, жалуясь друг другу на жизненные тяготы и горести и вспоминая былые времена, когда у них было вдосталь и пищи, и легкой добычи. Каждый рассказывал другому, на кого он обычно охотился и что ел. Но лучше б они не делали этого - от воспоминаний только усилились муки голода и обильней слюнки потекли.

Сверчок только и делал целыми днями, что стрекотал. Пропустил он время охоты и ничего не заготовил себе на зиму. А сосед его Муравей не жалел сил и за лето запасся всем необходимым на зиму.
Пришла зима. Скоро у Сверчка стало нечего есть, и пошел он к Муравью просить еды. Рассердился Муравей, нахмурился и стал насмехаться над Сверчком:
- О сосед мой! Быстро же кончились твои запасы! Каким таким важным делом занимался ты все лето?
- Летом я стрекотал и ничего другого не делал,- ответил Сверчок.
- А сейчас не стыдишься попрошайничать у соседей? - насмешливо спросил Муравей и захлопнул перед Сверчком дверь.
Недаром говорится: того, кто ничего не делает вовремя, подстерегает беда.

Шел по дороге человек с пустым мешком за плечами. Вдруг он увидел в зарослях раненого леопарда. Леонард попросил человека:
- Пожалуйста, спрячь меня в своем мешке.
- А ты обещаешь, что потом не съешь меня? - спросил человек.
Леопард поклялся, что не сделает этого. Тогда человек посадил его в мешок, взвалил на спину, как вязанку хвороста, и понес.
Вскоре ему повстречались люди, разыскивавшие леопарда. Один из них спросил путника:
- Брат мой, скажи, не видел ли ты проходившего здесь леопарда?

Все джо-луо - внуки Димо. Все шиллуки - внуки Нийканга. Нийканг и Димо - родные братья. Почему же джо-луо и шиллуки живут врозь?
А было так. Некогда Нийканг и Димо жили вместе, и сыновья их вместе забавлялись бусами. Но однажды сын Димо проглотил бусины сына Нийканга. Сын Нийканга заплакал и побежал жаловаться отцу. Нийканг разгневался. Он пришел к Димо и сказал:
- Твой сын проглотил бусы моего сына. Верни их мне тотчас!

Дочь вождя Сикулуми сына Хлокохлоко, Бокондо-игайа-абагайи, Кулунгу-умломо-уаотетуа, сказала она: отец мой, я иду на Луланга. Мать моя, л иду на Луланга в следующий год. — Сказал ее отец: нет того, кто бы вернулся оттуда: там пропадают навсегда. — На следующий год она снова явилась и сказала: отец мой. я иду на Луланга. Мать моя, я иду на Луланга. — Сказал он: нет, того, кто бы вернулся оттуда: там пропадают навсегда. — Она явилась опять на следующий год, сказала она: отец мой, я иду на Луланга, мать моя, я иду на Луланга. — Сказал ее отец нет того, кто бы вернулся оттуда: там пропадают навсегда.—Прошел год, сказала она: отец мой, я иду на Луланга.

В давние времена бог имел обыкновение беседовать с нуэрами. Однажды он спросил:
- Чего бы вы хотели: жить вечно или со временем умирать?
Люди ответили:
- Если все мы будем жить вечно, земля переполнится. Пусть лучше старики умирают, чтобы освободить место тем, кто рождается.
- Ну что ж, будь по-вашему! - сказал бог и бросил в реку маленький камешек.